Просмотров: 260

Как мотивировать металлурга: советский опыт ЧТПЗ

История с блокированием строительства подводного газопровода в очередной раз подняло тему импортозамещения. Далее по тексту А.М. Медникова расскажем о первой волне санкций 1963 года.

«В боннском бундестаге разразилась парламентская буря!Правительство ФРГ объявило об эмбарго на поставку в СССР стальных труб большого диаметра. На заводе с возрастающим удивлением следили за тем, как заправилы НАТО стараются раздуть кадило, перекинуть его дымовую завесу и на другие страны Атлантического блока.

Бонн оказывал сильное политическое давление на Англию, стараясь удержать ее от продажи «стратегических» труб!

В США откровенно радовались политике Аденауэра. Однако внутри парламентской фракции христианских демократов не было единогласия. Правящая фракция прибегла к процедурному крючкотворству. Официальные лица заявляли, что вопрос об эмбарго является в высшей степени политическим делом. Попросту говоря — торговой войной. Мировая пресса с интересом обсуждала сложившуюся ситуацию: новый шаг в холодной войне! Попытка затормозить экономическое развитие СССР! «Мы делаем России булавочный укол, а себе наносим удар ножом», — предупреждали свое правительство экономисты.

Появились тревожные сигналы из некоторых районов ФРГ:

Из Дуйсбурга — введение эмбарго поставит местный крупный завод под угрозу закрытия. Из Мюльгейма — на заводах концерна «ХЕШ АГ», а также на предприятиях «Феникс Рейнрор АГ» будет сокращена рабочая неделя. Здесь решили отправить рабочих в принудительный отпуск. Из Бремена — эмбарго нанесет серьезный ущерб транспортным предприятиям города.

Журналисты подсчитали, что предприниматели Западной Германии теряли на эмбарго заказы приблизительно стоимостью в сорок пять тонн золота! И все же озлобление политиков взяло верх над интересами промышленников. Игнорируя мнение значительной части депутатов парламента, правительство ФРГ настояла на своем и добилось введения эмбарго в законную силу. Это произошло 18 марта 1963 года. В двенадцать часов ночи!»

Комментарий ИНФОЛОМ: Металлургическая отрасль СССР на пике своего развития могла выплавить примерно 3000 марок стали. В постсоветские времена выплавляли всего 300 – 350 марок стали. Выплавку малых партий редких видов сплавов считали делом невыгодным и импортировали их из-за границы в начале 2000х. Сокращение сбыта рядовых марок стали и понимание возможности расширения санкций привело к появлению в номенклатуре российских металлургов новых марок сталей. Как та проблема решалась в СССР в рамках плановой экономики.

«— Но главное в том, — продолжал мой собеседник, — что и эти молодые инженеры из трубоэлектросварочного думают о тонком профиле. Думают, ищут. Мы уже освоили и показали другим, что трубу «1020» можно катать толщиной в 10 мм. А это утонение дает дополнительно только на одной линии станов 170 километров труб в год. Вы представляете, что это такое — «бесплатных» сто семьдесят километров трубопровода? Да, но кому нужны эти километры?! План-то идет в тоннах!..

…Через несколько дней Борис Буксбаум — старший калибровщик трубоэлектросварочного поведал мне с огорчением не меньшим и с такой же искренностью историю того, как на одном из южных заводов тоже застопорилось внедрение тонкого профиля. Он сказал:

— Вот приехали наши товарищи с этого завода. Они должны были по нашему примеру катать трубу со стенкой в 10 мм. Я спросил — катает ли завод? Нет. Начали было, но бросили. Опять вернулись к 11 мм, пользуясь тем, что в задании сказано: 10—11 мм. А почему? Нормативы заводу не изменили. Все осталось в тоннах. Следовательно — невыгодно. Где же им взять недостающий вес по плану? — И потом добавил хмуро: — А метры никого не интересуют. Все берут обязательства в тоннах и в тоннах отчитываются. И сотни тысяч тонн лишнего металла уходит под землю. Вот уже много лет.»

Примечание ИНФОЛОМ: на южном заводе «охулки на руку не клали» и выполняли план по выгодным видам труб. Заметим, что вертолетная лопасть – это тоже труба, и после событий 2014 года на Украине купить вертолетные лопасти стало негде. Несмотря на наличие нескольких трубных заводов, прокатать вертолетную лопасть не смог никто – все умели делать лишь отработанную годами трубу и никто не стал ввязываться (или скорее не захотел) в новую тему. Еще в советские годы челябинские директора поняли суть проблемы и решили поддержать инноваторов теми средствами, которые были в рамках плановой экономики.

«Тонны и метры! Чем больше я вдумываюсь в суть этой проблемы, тем яснее вижу в ней не один только технологический смысл, так же, как и в тонком профиле, содержание куда более емкое, чем это может показаться на первый взгляд, и самым тесным образом связанное с высоким уровнем технического прогресса.

Не вчера началась и не завтра закончится эта длинная цепочка борьбы, в которой сталкивались и сталкиваются разные нравственные позиции, представления о долге и ответственности. В октябре 1933 года в Харькове состоялся Первый Всесоюзный съезд трубопрокатчиков. У Юлиана Николаевича Кожевникова сохранился переплетенный томик: «Материалы и постановления съезда». Вдвоем мы листали эти уже слегка пожелтевшие архивные странички, хранящие приметы ушедшей в историю эпохи. Любопытна повестка дня съезда, доклады тогдашних руководителей «Трубостали» и Народного комиссариата тяжелой промышленности, капитанов промышленности первых пятилеток. Иные из этих имен вошли в пантеон нашей индустриальной славы, другие полузабыты или забыты вовсе, но все они принадлежат поре удивительного душевного горения и подвигов труда. Этим горением и энтузиазмом окрашены все доклады — свидетельства широкого шага трубной индустрии по ступенькам — годам первой и второй пятилеток. И лозунг, под которым проходил весь съезд: «Ни одного вида, ни одного профиля труб, которые не могли бы быть изготовленными трубопрокатными заводами и цехами Советского Союза!» Иными словами, съезд наметил пути к овладению всеми тонкостями трубного производства, нацелил трубопрокатчиков к штурму мировых вершин техники.

Любопытно, что тонкие профили труб катали уже и в те годы, и тогда уже во весь рост встала проблема: «тонны — метры!» Катал тонкий профиль и сам Юлиан Николаевич в своем цехе. И какие сложные трубы: овальные, каплевидные, прямоугольные, в виде восьмерок и других, еще более сложных специальных профилей! Недаром один из докладчиков на съезде назвал эту работу Кожевникова «образцом высшего достижения трубоволочильной техники, граничащей с искусством».

— А искусство надо поощрять, — сказал мне с улыбкой Юлиан Николаевич, — в особенности, если это искусство массовое. Вот мы тогда в своем цехе ввели систему переводных коэффициентов. Не на тонны считали трубы и даже не просто на метры, а добавляли к этим величинам коэффициенты трудности, поправки на тонкий профиль. Более тонкая работа и оценивалась выше.

Он нашел в постановлениях съезда место, отмеченное им же красным карандашом:

«…Особенно важно наличие таких коэффициентов в качестве стимула для внедрения новых видов продукции, без этого всякий новый, сложный продукт, не предусмотренный программой, грозит сорвать выполнение плана и, естественно, поэтому не может вызвать к себе должного внимания и интереса со стороны производственников…»

— Я сам мог платить премию рабочим за работы по тонкому профилю, — вспомнил Кожевников, — так сказать, своей властью начальника цеха. А сейчас таких прав не имеет и директор завода. А почему? Больше, больше прав надо давать заводчанам. Переводные коэффициенты! Так в годы первых пятилеток решался вопрос экономического стимулирования новаторской работы трубопрокатчиков, творческих дерзаний заводов.

В 1968 году на Челябинский трубный пришел очередной прейскурант по расчету с потребителями труб, по-прежнему выраженный… в тоннах! Но в тоннах «теоретических». Грубо говоря, это значит, что берется некий средний вес труб, по которому ведется расчет, но заводу предоставляется выбор в диапазоне нескольких размеров, и если катаются трубы нижнего предела, более тонкостенные и легкие, то на разнице с теоретическим весом завод имеет прибыль, а государство экономию металла. Это попытка частичного разрешения застарелой и острой проблемы «тонны — метры». Первый шаг в этом направлении. И надо надеяться, что со временем противоречие это будет разрешено самым кардинальным образом — в пользу разумной целесообразности, государственных интересов И поощрения творческой энергии новаторов.»

Комментарий ИНФОЛОМ: Сейчас делается упор на более толстостенную трубу, способную выдержать давление воды на морском дне. В отличие от прошлых лет, когда требовалась ускоренная газификация и труба была дефицитом, сейчас нужна надежность и толстая стенка труб. В то же время если мы возьмем советский период и технологию сварки трубы из двух листов с двумя швами(U-технология), то понимаем, то надежность определяется качеством работ и мотивацией всего коллектива трубоэлектросварочного цеха, потому и строили для них и оранжереи, и квартиры и мотивировали иным образом. На современном оборудовании с одношовной технологией (О-технология) надежность определяется в большей степени качеством исходного металла и настройкой роботов – сварщиков. Большой коллектив для этого не требуется, а вот лизинговые платежи и оплату техобслуживания импортного оборудования придется делать независимо от экономических успехов предприятия. И как в таких условиях будут работать современные металлурги? Судя по тем усилиям, которые ЧТПЗ уделяет внедрению принципов Белой Металлургии, у них может все получиться!

0

Добавить комментарий