Просмотров: 92

Углеродный каток: чем грозит бизнесу глобальное потепление

Дискуссии о борьбе с изменением климата переходят в практическую плоскость — ЕС вводит налоги для тех, кто не готов включиться в процесс энергоперехода, а компании в срочном порядке модернизируют свои предприятия и принимают экологические стратегии. Как минимум 42 участника российского списка Forbes владеют крупными предприятиями, вынужденными сокращать выбросы CO2. Forbes выяснил, как они адаптируются к новым условиям.

В начале августа Межправительственная группа экспертов по изменению климата при ООН (МГЭИК) представила новый отчет, посвященный глобальным изменениям климата. Отчет является первой частью глобального исследования — Шестого оценочного доклада МГЭИК, который будет завершен в 2022 году.

С публикацией этого отчета стало ясно, что тема изменения климата перестала быть уделом «зеленых» и скоро может сильно повлиять на существование крупных промышленных предприятий, которые входят в холдинги, подконтрольные богатейшим людям страны.

Причина изменений климата — выбросы парниковых газов, к ним в первую очередь относятся диоксид углерода, метан и закись азота. Главный источник выбросов — промышленные предприятия. Наибольший вред окружающей среде наносят отрасли промышленности, сжигающие ископаемое углеродное топливо: металлургия, угольная, газовая и нефтяная промышленности, энергетика, транспорт. Сельское и лесное хозяйства также вносят свой вклад в климатические изменения (в частности, за счет внутренней ферментации коров, в результате которой образуется метан) и внесения минеральных удобрений.

«Изменение климата — это не метеорит, летящий непонятно откуда, не бомба, это асфальтовый каток, который мы сами создали и запустили. Наша задача — его остановить», — отмечает директор программы WWF России «Климат и энергетика» Алексей Кокорин.

При этом в один день без тяжелых социальных и экономических последствий прекратить добывать нефть или уголь нельзя, энергопереход должен быть поступательным и рациональным, предупреждает председатель попечительского совета Сколковского института науки и технологий миллиардер Виктор Вексельберг. «Что точно не нужно предпринимать — это необдуманные поспешные действия», — сказал бизнесмен Forbes.

По его мнению, России есть с чем конкурировать в сфере решений для безуглеродной экономики и эти предложения не ограничены водородной энергетикой: «Россия имеет достаточный уровень развития технологий, чтобы быть на ведущих ролях на самых разных рынках: накопителей энергии, решений для улавливания CO2, его утилизации».

Кто будет платить

Россия в ближайшие пару десятков лет не сможет существенно снизить выброс углеродного газа в атмосферу, так как процесс перехода на возобновляемые источники энергии еще не налажен, говорит руководитель проектов энергетического отдела российского отделения «Гринпис» Виктория Глущенко. «Нам надо перенимать опыт у западных стран и контролировать выбросы парниковых газов. В Европе ведется торговля эмиссионными квотами на выброс углекислого газа, в России же это только предстоит сделать», — рассказывает эксперт. Эксперимент по введению таких квот начнется в Сахалинской области, где будут внедрены механизмы, направленные на сокращение выбросов парниковых газов. Его результатом должно стать снижение до нуля разницы между выбросами парниковых газов и их поглощением к 2025 году.

В июле 2021 года Еврокомиссия представила масштабную программу по борьбе с изменением климата, включая введение трансграничного углеродного налога (ТУН) или CBAM — Carbon Border Adjustment Mechanism. Налогом с 2026 года будут облагаться товары, при производстве которых происходит выброс СО2 в объеме, превышающем эталонные значения ЕС. Пока что эта мера коснется производителей стали, алюминия, цемента, минеральных удобрения и электроэнергии.

Компаниям из России налог может обойтись как минимум в €1,1 млрд в год, когда он начнет взиматься на 100%, следует из расчетов РБК, заверенных Минэкономразвития. Больше всего придется заплатить экспортерам железа, алюминия, удобрений.

30 августа два аналитических центра Sandbag и E3G опубликовали исследование, в котором говорится, что сборы углеродного налога на российские товары, ввозимые в Европу, вырастут постепенно с €442 млн в 2026 году до €1,9 млрд в 2035-м (правда, если добавить в расчеты рост цен, то оценка стоимости компенсации выбросов становится меньше: €313 млн в 2026-м и €602 млн в 2035-м).

Управляющий директор рейтинговой службы АКРА Сергей Гришунин отмечает, что в первую очередь под европейское углеродное регулирование попали те отрасли, которые достаточно хорошо развиты в ЕС и при этом проигрывают импортной продукции с точки зрения себестоимости. «Жизненно важные для ЕС элементы импорта — уголь, газ и нефть — пока никак не регулируются», — подчеркивает он, добавляя, что именно на эти отрасли в конечном итоге приходится до 70% всех глобальных выбросов, тогда как металлургия, удобрения и цементная отрасль суммарно занимают около 15-18% мировых выбросов CO2.

Россия и сама готовится к энергопереходу. Как рассказывали источники Forbes, при правительстве созданы 10 рабочих групп, которые должны к январю 2022 года подготовить «дорожную карту». По данным источников Forbes, только инвестиции в электроэнергетику и теплоэнергетику оцениваются в 3,7 трлн рублей в 2021-2050 годах. Предполагается, что деньги будут вкладывать частные инвесторы. «Российские компании уже начали понимать, что если они хотят что-то экспортировать, то они должны соответствовать требованиям тех, кто у них что-то покупает», — разводит руками Кокорин.

Необходимость вкладывать деньги в модернизацию заводов и выплачивать европейский углеродный налог касается компании по меньшей мере 42 бизнесменов из списка богатейших россиян, посчитал Forbes. Мы поговорили с ними и их представителями о том, как они собираются адаптироваться к новым условиям.

Металлургия

По данным Всемирной ассоциации стали, за последние 50 лет металлургические компании смогли сократить выбросы углекислого газа на треть, а объем затраченной энергии на производство тонны стали — на 60%. Этого они смогли добиться за счет повышения эффективности и вторичного использования металлолома. Компании модернизируют свое производство, чтобы снизить воздействие на окружающую среду доменного передела (выплавка чугуна в доменных печах с использованием угольной и железорудной продукции при температуре около 1500 °C) — главного источника выбросов  CO2 в металлургии. Для их сокращения используется технологию вдувания в домну пылеугольного топлива.

Помимо этого, прорабатывается возможность использования водорода вместо кокса, это поможет снизить количество выбросов парниковых газов до 20%. За последние 20 лет российские металлурги вложили в модернизацию производств порядка 2,94 трлн рублей, подсчитала ассоциация «Русская сталь».

По данным исследования Sandbag и E3G, самую серьезную финансовую нагрузку от введения углеродного налога понесут металлурги. Лоббисты из «Русской стали» обращались в Минэкономразвития с просьбой защитить их от новых мер. Однако в разговоре с Forbes участники рынка демонстрировали больше спокойствия.

Введение CBAM приведет к снижению EBITDA российских компаний на 2-10%, говорят в «Северстали» (76% акций компании принадлежат Алексею Мордашову), ссылаясь на оценки аналитиков. При текущей стоимости выбросов CO2 в ЕС $60/т и норме бесплатных выбросов 75% от уровня «Северстали», по данным аналитиков, потенциальные платежи самой «Северстали» по CBAM можно оценить на уровне $73 млн в наиболее вероятном сценарии расчета выбросов.

В «Металлоинвесте» (акционер Алишер Усманов) на вопрос Forbes ответили, что компания принимает целый ряд мер по снижению углеродного следа. В компании считают, что их потребителям в ЕС «не придется покупать квоты в рамках реализации механизма трансграничного углеродного регулирования».

Все опрошенные Forbes металлурги имели в том или ином виде сформулированную стратегию по сокращению выбросов парниковых газов и до публикации отчета Климатической группы. Например, среднесрочная цель «Северстали» — снижение выбросов парниковых газов на 10% к 2030 году. В «Металлоинвесте» Forbes сообщили, что климатическая стратегия компании предусматривает сокращение собственных прямых и косвенных энергетических выбросов по сравнению с 2019 годом — на 6% к 2025-му, на 77% к 2035-му и на 100% к 2050 году. Представитель ММК (акционер Виктор Рашников) также заявил Forbes, что компания стремится к 2050 году стать предприятием с нулевым углеродным следом.

Экологическая стратегия Evraz (акционеры Роман Абрамович, Александр Абрамов и Александр Фролов) до 2030 года предполагает снижение на 20% эмиссии парниковых газов на металлургических предприятиях компании, сообщили в пресс-службе компании. Сделать это планируется за счет развития технологий производства, транспортировки, хранения и использования водорода, сокращения выбросов СО2 и перехода завода EVRAZ Pueblo в штате Колорадо на возобновляемую энергетику.

Представитель «Норникеля» (Владимир Потанин), утверждает, что около половины всей потребляемой энергии группы приходится на возобновляемые источники энергии. В компании делают ставку на модернизацию и замену энергетического оборудования, внедрение автоматизированной системы контроля и учета (АСКУЭ), оптимизацию и вывод из работы оборудования и энергоустановок.

0

Добавить комментарий