Просмотров: 374

Металлургический бизнес в эпоху Петра Великого: экономика работы микродоменного завода

В конце 18 века всего две страны делили между собой мировой экспорт железа – это Россия и Швеция. Но если Швеция была практически мировым монополистом в экспорте еще с 17 века благодаря удачному расположению рудников недалеко от портов плюс очень высокому качеству руды, то Россия прошла путь от импортера железа до появления первых в истории стальных олигархов: до Демидовских заводов металлургия зарубежных государств представляла собой кучку конкурировавших между собой мелких литеек, и только организационный подход Петра (позже его скопировали в Швеции) позволил создать несколько «стальных конгломератов», выдававших на мировой рынок десятки тысяч тонн железа.

В допетровскую эпоху металлургический бизнес был привилегией (разрешение на открытие предприятия так и называлось – «привилегия») приближенных к Романовым голландских предпринимателей и узкой группы протомануфактурных частных предприятий, работавших на заказы Пушкарского приказа.

Необходимость получения в нужном количестве пушек и ядер побудило Петра разрешить пушечный и оружейный бизнес широкому кругу способных на то производителей. В 1719 году была издана Берг-привилегия, которая позволяла любому желающему добывать руду и плавить металл на любых землях, включая казенные и частновладельческие, не испрашивая разрешения их владельцев. За 7 лет после этого указа было выстроено 8 крупных заводов, выплавка чугуна по стране в целом с 1718 по 1725 год выросла на 56% на частных предприятиях.

Итак, поставим себя на позицию кузнеца, который решил «замутить» микродоменное производство, не имея крепостных и платя за сырье «повольную» (рыночную) цену. Одна домна и молотобойное производство требовало 20 человек и одного квалифицированного металлурга. Металлургу платили примерно 90 коп. в месяц, тогда как остальные обходились и 40 копейками. Руда для такого производства привозилась четвертями, четверть обходилась в 20 копеек и 6 копеек платили за доставку, это первое упоминание прайса CFR для поставки металлургического сырья на заводы. Термина «НДС» к радости продавцов и покупателей, тогда не знали и вовсе. Уголь стоил 10 коп. за четверть с доставкой. Сейчас «черные копатели» ищут лом с/х с миноискателями, а тогда копатели-крестьяне искали и доставляли болотную руду, став таким образом предшественниками «газелистов» — ломовиков нашего времени.

Итак из 6 четвертей руды выплавлялось 50 пудов чугуна.

Себестоимость 50 пудов чугуна была 5 руб, из которых по расчетам ИНФОЛОМ:

  • 1,56 шло на закуп руды;
  • 1,35 на оплату труда;
  • 2,09 на уголь;

Из 50 пудов чугуна получалось 20 пудов железа, экономика составляла:

  • 25 копеек на пуд – себестоимость металла
  • 15 копеек на пуд – цена передела «железо-чугун»

Итого себестоимость железа составляла 40 копеек за пуд (цена месяца работы обычного рабочего и полумесяца работы квалифицированного кузнеца). Можно заметить, что сейчас цена месяца работы обычного рабочего составляет примерно тонну арматуры, и квалифицированного – 2 тонн арматуры.

Продажная цена железа EXW составляла 45 коп. за пуд, итого владелец микродоменного заводика имел аж 5 копеек с пуда или 15-17 руб. в мес. при выпуске примерно 300 – 350 пудов чугуна в месяц. Стоил такой микрозавод примерно 2500 руб., принося примерно 8-10% прибыли. В примере описан реально существовавший Истьинско-Залипяжский завод Рюминых.

Возникает вопрос – откуда у Демидовых появились деньги? Ведь описанное производство – это ни разу не олигархический уровень.

У Демидовых было несколько преимуществ перед остальными:

— Доступ к квалифицированным кадрам: чтобы построить еще одну такую же домну, нужен еще один квалифицированный металлург, а если их в этой местности вообще нет? У Демидовых была своя металлургическая школа и проверенные кадры;

— Доступ к дешевым ресурсам: большая часть рабочих Демидова были крепостными и работали за еду в буквальном смысле этого слова. В описанном нами примере руду и уголь доставляют за деньги вольнонаемные рабочие, как сейчас лом добровольно везут «газелисты», а Демидову везли как оброк, причем платы за копку руды он тоже не вносил;

— Эффект масштаба: на Демидовских заводах был огромный объем производства: на всех предприятиях России в 1719 году выплавлялось 566000 пудов (35375 тонн) чугуна, из них 221 тыс. пудов на государственных заводах, 237 тыс. пудов на Демидовских заводах и 100 тыс. пудов на прочих частных заводах, таких например, как Истьинско-Залипяжский.

Даже если предположить, что Демидовы зарабатывали 5 коп. с пуда чугуна, это уже составит почти 12 тыс. руб. или жалование 1000 квалифицированных металлургов. В реальности экономика была намного более прибыльной. Расчеты, которые мы привели выше, делали чиновники Берг-коллегии при опытных плавках, тогда как скрытый от госконтроля металл шел в изделия и продавался без налогов, чему государство резко противилось. По делу об утайке продукции на Акинфия Демидова завели уголовное дело. Выяснилось, что истинный объем производства был в полтора раза выше, чем в статистике. Демидову предъявили к выплате стоимость 1 млн 237 тыс. пудов чугуна! Демидов предложил государству 1,5 копейки с нормо-пуда чугуна, из которых 0,5 копейки шло в погашение задолженности по делу об утайке продукции. Позже такая практика распространилась и на остальных металлургов.

0

Добавить комментарий